RUDIYR.RU
перунова слобода

Почему древние мыслили лучше

Или о том, как связаны свобода и эффективность

Фиолетовые облака Перуновой Слободы

Я смотрю, как видоизменяются фиолетовые облака, клубясь над зелёными кронами осин и сосен. Такого неба как здесь, я больше нигде не видел.

Такого неба как здесь, я больше нигде не видел, — повторяет мои мысли сын.

Ему девять. Перунова Слобода — его родина. И моя тоже. Потому что именно здесь я себя переосмыслил и родился заново. Здесь я понял, что самосознание — это иллюзия. «Я» — это адаптивная, то есть эволюционно оправданная иллюзия. Она нужна для того, чтобы сознание развивалось. А сознание — это не «Я», это «мы». Я думаю о «мы», когда смотрю на эти фиолетовые облака. Похоже, будет дождь.

Такого неба как здесь, я больше нигде не видела, — произносит Лена.

И добавляет:

Когда с трассы перестают доноситься звуки, тишина повисает абсолютная.

Я слышу отдалённый звук мчащегося автомобиля. Но он почему-то никак не нарушает этой абсолютной тишины. Над Слободой, действительно, тишина висит абсолютная, а сигналы Большой Земли словно рикошетят о незримый купол, создаваемый фиолетовыми облаками и зелёными кронами деревьев.

Я чувствую, что из существа мыслящего, я становлюсь существом созерцающим. Говорить не хочется. Молчание гармонично резонирует с абсолютной тишиной.

Всё, что беспокоило, перестаёт волновать. Всё, что казалось значимым, утратило свою значимость. То, что было невидимым, стало ясным и очевидным. Сомнения растворились в фиолетовых облаках.

Бытие определяет сознание, а Слобода определяет оптимальное состояние сознания. И тут я начинаю понимать, чего нам всем не хватает там, на Большой Земле.

В Перуновой Слободе

Родился, работал, умер…

Американский психолог Моника Уорлайн очень точно сформулировала то, что я повсеместно наблюдаю в деловой среде:

«Если люди не способны мыслить четко и высказываться обдуманно, они тратят массу времени на разговоры о вещах, которые не всегда приоритетны и не всегда важны. Они не способствуют продвижению проекта. Если вы тратите все свое время на встречи, у вас остается слишком мало времени на анализ и решение насущных проблем»

Моника Уорлайн

Другими словами, мы много говорим о несущественном. Мы много внимания уделяем несущественному. Мы много думаем о несущественном. Зацикливаемся на мелочах, упуская главное. Наше мышление не отличается высокой эффективностью. Мы отличаемся слабой стрессоустойчивостью.

Как следствие — мы ходим по кругу. Вот вам типичный пример такого блуждания (типичный, потому что я встречаюсь с ним повсеместно): взял ипотеку под квартиру, чтобы жить рядом с работой; работаю на работе, чтобы было чем оплачивать ипотеку.

Правда глубокомысленно?

А потом на ипотечной квартире мы устанавливаем окно в матрицу, чтобы никогда не видеть фиолетовые облака и никогда не тревожить сердце абсолютной тишиной.

Кредитно-потребительская сансара делает нас глупыми и болтливыми. Мы теряем то человеческое достоинство, что воспитывала в нас строгая Природа тысячи лет назад. Вот как это было.

В Перуновой Слободе

Сыновья Большой Медведицы

Лизелотта Вельскопф-Генрих — немецкая писательница, боец сопротивления и историк. Её роман «Сыновья Большой Медведицы» отличается большой исторической достоверностью в том, что касается описания обычаев и быта североамериканских индейцев.

Я зачитывался этими книгами ещё в детстве. И до сих пор задаю себе вопрос: молчаливое достоинство индейца, сдержанность в словах и поступках, склонность к демонстрации своей воли над эмоциями — это часть уникальной и самобытной культуры, которая могла бы развиваться иначе, но по каким-то неизвестным нам причинам приобрела такие специфические особенности, или же — следствие суровых условий выживания, где воля и самоконтроль были ценным инструментом жизнеспособности. Где эмоциональность была непозволительна, ибо являлась (и является) энергозатратной, а потому нецелесообразной.

Как дикий зверь, который инстинктивно экономит свою энергию в каждом движении, чтобы у него хватило сил на решающий бросок, так и разумное дитя природы стремится к оптимизации своих действий, оптимизации своего мышления (а эмоции — часть процесса мышления), чтобы выжить, сохраниться, стать ещё сильнее, выиграть гонку с вечно изменяющимся миром.

Правда, с тех первобытных времён для нас многое изменилось: сегодня мы можем себе многое позволить. Многое из того, что прежде нас просто убило бы.

Индейские дети, как отмечали белые колонизаторы, отличались хорошим воспитанием, что отражалось в их подчинении законам рода — клановой дисциплине. Они были куда более самостоятельными, чем их белые ровесники.

Индейские воины отличались большей выдержкой и мужеством, чем их белые противники, лучшей адаптацией к природным условиям, но тем не менее индейская цивилизация, как более молодая, потерпела сокрушительное поражение в столкновении с завоевателями. И лишь для того, чтобы сегодня мы задали себе вопрос: почему наша современная культура уже не требует от нас проявления выдержки и самообладания, умения контролировать свои эмоции, слова и поступки? Быть может потому, что сегодня культура перестала быть инструментом выживания, а стала инструментом манипуляций? Возможно потому, что наша слабость сегодня выгодна тому, кто играет роль заботливого пастуха, используя нашу инфантильность, капризность и откровенное скудоумие, чтобы мы добровольно вращали колесо кредитно-потребительской сансары и никогда не видели бы фиолетового неба?

Чтобы разорвать замкнутый круг нелепых действий, нужно суметь избавиться от страха. Страх гонит нас вместе со всем стадом на убой. Помните эту грузинскую пословицу: овца боялась волка, а съел её пастух?..

Чтобы избавиться от страха, нужно суметь разглядеть альтернативу кредитно-потребительской сансаре. Когда человек расслабляется и перестаёт слушать сигналы Большой Земли, он начинает слышать абсолютную тишину. Чем меньше мы обращаем внимания на ерунду, тем ближе к нам фиолетовые облака.

Я не хочу, чтобы мои слова стали всего лишь романтической одой призрачной свободе, о которой важно помнить даже тогда, когда её не достичь. Я хочу, чтобы они стали призывом к действию. Ибо сегодня все мы оказываемся способными стать не просто беглыми казаками, мы можем стать свободными охотниками, вернув себе достоинство первобытного предка, говорящего с миром на равных.

Это достоинство, как культурный эквивалент нашей духовной и материальной самодостаточности, является маркером качества мышления. Пора перестать мыслить как жертва. Пора перестать бояться, пора перестать метаться из стороны в сторону и зацикливаться на ерунде.

Охотник — хозяин копья. Копьё — важнее добычи. Нашим копьём является дисциплинированное мышление, построенное на алгоритмах общей эффективности. Я приглашаю вас подключаться к созданию вашего копья с использованием метода «Охотник»:

живой семинар

или

онлайн в составе команды

Жду ваших вопросов на ящик rudiyr@mail.ru

Рудияр

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

четыре + девять =