кулачный бой

Русский кулачный бой: без пощады и до победы!

«…они били по чём попало, стараясь свалить противника с одного удара, чтобы он лягушкой распластался на снегу, и от их ударов уже несколько человек выбыло из строя и окровавленные, с разбитыми лицами, выползали кое-как на четвереньках из толпы на простор.»

Г.Н. Фомин

Боевая магия современных славян

Не знаю как у вас, а у меня устойчивый иммунитет к терминам «русский стиль» и «русские ратоборства». Именно потому, что считаю себя патриотом. По-моему, нет большего зла для русской боевой традиции, чем этот ряженый балаган, который свои пьяные кривляния под гармошку выдаёт за рукопашный бой. Сейчас как грибы после дождя плодятся разные «русские» клубы, где все сплошь осваивают бесконтактный бой и прочие засекреченные спецназовские техники магического воздействия на противника путём прямого соития со славяно-арийскими эгрегорами. И уже ни фига смешно, а просто печально.

И главное, почему именно «русские стили» так тяготеют к бесконтакту? Почему например, не «негритянские»? Или «кавказские»? Почему именно в тусовке (другое слово сложно подобрать) «русских стилей» так радушно приняли (а можно сказать и родили) это остроумное явление, которое распространяется подобно вирусу?

Но не в одном бесконтакте дело. Никогда не забуду, как попал на тренировку в один из таких патриотических клубов «русской» направленности. Картина маслом: битком набитый спортзал, тренировка в самом разгаре. И взрослые, и дети, и мальчики, и девочки — все в плотных камуфляжных костюмах совершают странные пассы руками, стараясь по-видимому, друг друга напугать. Завораживает. ММА-шники, вон, в одних трусах носятся, потому что им жарко. А эти — они не привыкли потеть, они работают с тонкими энергиями. Это — русская боевая традиция??? Вы ничего не перепутали?

Кулачный бой, как он есть

Оставим сказки про «дедов», которые засекречены спецслужбами, и обратимся к источникам. Вот как описывает русский кулачный бой очевидец, товарищ Фомин:

«Крики перешли в сплошной рёв, смешанный со свистом. Эта дикая какофония била по нервам, вселяла в душу какую-то погромную тревогу и, очевидно, горячила бойцов, и бой быстро разгорался. Издали центр толпы, где уже шел бой, производил впечатление каких-то танцующих людей. В то время как вся остальная масса кулачников оставалась еще пока в относительном покое, там, в центре то одна сторона, то другая напирали друг на друга, там заметно было большое движение; сходились и расходились люди, поднимались и опускались для удара кулаки. Этот танец центра постепенно расширялся во все стороны, вовлекая в бой всё новых и новых бойцов, наконец, он захватил почти всю толпу.

Теперь уже беспрерывно болтались в воздухе руки. Сотни кулаков каждую секунду поднимались кверху, нанося удары, от которых стоял в воздухе своеобразный гул, не заглушавшийся даже криками и рёвом дравшихся кулачников.

С правого фланга, на котором стоял я с аппаратом, шёл особенно ожесточённый бой, как говорили «по дорогому». Здесь билось несколько самых лучших и сильных бойцов, которых предварительно свои кулачники подпоили самогоном. Высокие, здоровые, уже не молодые бородачи, у которых руки были как оглобли, кулаки по доброму горшку, они били по чём попало, стараясь свалить противника с одного удара, чтобы он лягушкой распластался на снегу, и от их ударов уже несколько человек выбыло из строя и окровавленные, с разбитыми лицами, выползали кое-как на четвереньках из толпы на простор. Тут на свободе они отлёживались прямо на снегу, приходили в себя и некоторые поднимались и снова бросались в бой.

Выбрав наиболее горячий момент боя, я спустил затвор и только что успел сделать это, как пришлось ретироваться самому. Второе общество опять сделало сильный нажим на своих противников и погнало их с боем в мою сторону. Я моментально очутился среди дерущихся. Схватив аппарат совсем со штативом, я спасся с ним в соседнее гумно и там уже на свободе сложил его и спрятал.

Второе общество, имея в своих рядах более опытных и сильных бойцов, продолжало бить своих противников, среди которых кто-то, потрясая рукой в воздухе, отчаянно кричал, пытаясь приостановить отступление своих бойцов и подбодрить их, но это не помогало.

Уже поздними сумерками закончился бой. Вечером в этот же день к нам на мелиоративную квартиру заходили по делу многие крестьяне, причастные к общественно-мелиоративным работам. Большинство из них имели синяки под глазами и кровоподтёки и повреждения вообще лица. Я с любопытством их рассматривал, беседовал с ними. Большинство были добродушно настроенные крестьяне, довольно смышлёные, некоторые служили десятниками на мелиоративных работах или рабочими.

– Теперь здесь все клеймёные, – заметил мне гидротехник.

– Уже несколько боёв прошло. Многие дома отлёживаются, выйти не могут.

Сами бойцы о своих членовредительствах рассказывали с шутками, восторгаясь только что закончившимся боем, который в этом году, по их словам, особенно удался. Каждый теперь на свободе рассказывал: кого он ударил, кто его ударил и как ударил. Рассказывал страстно, с увлечением, как охотник о том или ином интересном случае на охоте, как спортсмен. И опять ни тени злобы, затаённой мести, в этих рассказах я не заметил. Наоборот, удачный удар считался подвигом, как победителем, так и побеждённым».

кулачный бойкулачный бой

Брутальная эстетика подлинного мордобоя

Кто-то скажет, что это, мол, удел черни, а вот мы, самураи да маркизы — все сплошь аристократы и к такому мракобесию отношения иметь не хотим. А посему будем мягко кувыркаться и пить чай на тренировках. Мне знакома такая позиция. Её иногда высказывают так же и в отношении засечного боя: это де, мол, не боевое искусство, а вообще некрасивый мордобой. НЕКРАСИВЫЙ???? А мне нравится…

Красота — это ведь синоним здоровья, силы и жизнеспособности. Разве не так? Бледные дети в спортзалах, непонятно зачем упакованные в камуфляж (тогда бы и кирзовые сапоги одевали!) — это красиво. А бородатый мужик с разбитой физиономией — это, значит, выглядит пугающе. Да, это удар по шаткой психике воспитанного мамой интеллигента.

И всё-таки, кулачный бой — он настоящий, живой, замешанный на боль, кровь и… звериную жизнеспособность. Потому что это, и только это даёт нам шанс выжить, когда приходиться драться за свою жизнь. Так вот, русская боевая традиция — это настоящая сила, настоящий удар и настоящая смелость. А вся «бесконтакщина» и «неохохлома в перчатках» не имеют к нашему историческому прошлому никакого отношения. К сожалению, это — наше больное настоящее.

Внимание: скоморохи!

Один умный сказал: «Традиция — не ворошение пепла, а поддержание огня». А кто его услышал? Поглядите, сколько сегодня рыхлых тел прячется под славянскими рубашками. Одеть рубаху с петухами, повесить молот Тора на шею — проще пареной репы, гордиться завоеваниями предков — тоже не сложно. А как соответствовать их наследию? Кривляние на тему «славянских стилей» — позор, который наши деды терпеть бы не стали и крепкой дланью выбили бы всю дурь из хитрожопых потомков.

Вот исторически достоверный способ подготовки кулачных бойцов, описанный Иваном Киреевым:

«Водили нас в баню и разминали силу – нарочитые были на то мастера по брюхомяльному делу. Потом, конечно, угощение «с водоворотом», покуда с катушек не свалимся. На другой день, чтоб сразу похмелиться-поправиться – ни-ни. И сидели голодом, чтобы, значит, застервенеть как полагается. А уж как до боя час ли, два ли, тут дают полный стакан, да закусить слегка – студню там, или ещё чего».

Почему бы любителям старины не взять на вооружение?

засечный бой

Честный путь к силе

Есть у адептов «русских ратоборств» ещё одна идея фикс. Если ОНИ делают так, значит МЫ никогда так делать не будем. Потому что мы ДРУГИЕ. Если они дерутся в полный контакт, значит, мы будем лениво мацать друг друга по разным частям тела, выдавая это за сверхсмертельные супер-техники. Если они прокачивают ОФП, мы вообще откажемся от ФИЗО, потому как это грубо, а русским мышыцы не нужны, они всегда побеждали духом и верой. С нами ж бог, в конце-концов! Если они бьют прямо, то мы будем криво! Паталогия какая-то.

Кулачный бой всегда воспевал победу, и создавался он ради победы. Ни кому не приходит в голову отказаться от достижений прогресса где-бы то ни было. Почему же так часто дуболомами от псевдопатриотизма отрицается прогресс в методах и средствах подготовки рукопашников? В конце-концов, почему мы сегодня должны драться с технической точки зрения так же, как это делали триста лет назад? Боевая культура должна развиваться и изменяться — в этом залог её выживаемости. Иначе она выродится в балет для реабилитации инвалидов.

Патент на наследие

Варяги, пьющие водку из братины, — не самое яркое явление неославянской состязательной культуры. Сейчас модными стали авторские проекты. Вот ткни пальцем в любую «славяно-русскую» вывеску, и увидишь вслед за приставкой «русское» фамилию руса, сие творение породившим. Вообще, это должно настораживать.

Давайте определяться: либо национальное, либо авторское. Если это — наследие, то предъявлять права по меньшей мере беспардонно. Если это — плод вашего творчества, то при чём здесь национальная культура?

Кулачный бой не может быть авторским, это продукт народный. Кулачный бой создаётся дракой. Поэтому подлинно традиционное направление боя НЕ МОЖЕТ БЫТЬ АВТОРСКИМ. Именно так сегодня мы (Союз засечного боя) создаём засечный бой: он создаётся не мной, и не кем-то конкретно, а турнирной практикой.  Практика боя определяет, что должно уйти, а что остаться. Учитывая исторические корни засечного боя, можно однозначно заявить: засечный бой — это современное спортивное движение, являющееся по своей сути совершенно традиционным. Засечный бой —  продолжатель кулачной традиции Руси.

И да… Он очень красив.

Рудияр

 


Комментарии:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *