сэнсей

Рогатый сэнсей: удар силой в сто пудов.

На своём жизненном пути я встречал многих специалистов от рукопашного боя. Но ни один из них по умению бить и держать удар даже близко не стоит с Борисом Абрамовичем. Борис Абрамович — это баран. И эта статья о том, как он учит меня драться.

Мастера трёхдюймового удара

Вы видели как баран работает по груше? «Мой» первый баран (взял в кавычки, потому как баран — это не собака, и моим он является лишь юридически. На деле это очень самостоятельное существо с собственным достоинством, постоянно оспаривающее авторитет «хозяина») был чёрен, как октябрьская ночь. Я дал ему имя Ахмет. Он был не против.

Ахмет приходил на спортплощадку во время обеда, когда овцы нежились в тени, и тренировался. Тогда у меня висел тяжёлый мешок на 100 кг, набитый песком. Ахмету самый раз, хотя даже самый крупный баран едва достигает 50 кг живого веса. Бил он всегда накоротке, но так, что в мешке образовывалась вмятина, подобная тому, как взрыв мины оставляет воронку на земле. Такая вмятина — признак подлинного удара. Если от ваших ударов мешок лишь раскачивается — рассчитайте своего тренера, он ничего не понимает в постановке удара. И идите тренироваться к барану.

Удар накоротке назван «трёхдюймовым». Он очень ценится в мире боевых искусств, потому как обладает огромной разрушительной мощью при полном отсутствии размаха. Говорят, что им славился Брюс Ли. Если бы Брюс имел возможность видеть Ахмета на тренировке, он бы ему аплодировал.

овцы и кошка

Осень — время сражаться

Если вас убьёт баран, то Вальгаллы вам не видать, как своих ушей. Поэтому осенью я всегда настороже. Почему-то именно осенью агрессивность этих чудовищ начинает зашкаливать.

Надо понимать, что баран — это не тупая двуногая обезьяна, которая всегда сигнализирует о своей атаке громкими матерками и угрозами. Баран бьёт профессионально: молча и внезапно, часто со спины. Если повезёт — удар придётся по мягким тканям. Тогда,оказавшись на земле (а я при массе 80 кг не раз оказывался в позиции «туше»), остаётся вымолвить: «Что это было? Мастер, повторите, я не успел запомнить…»

Может быть, кто-то считает, что баран ни бельмеса не понимает в рукопашном бое, а ещё он туп, а ещё он неповоротлив и прямолинеен. Я вас разочарую. Любое животное владеет собственным телом куда лучше человека. Даже бочкообразная корова легко чешет задней ногой (!) между рогов. Без всякой там йоги. А баран — это вообще совершенная машина для разноса всего и всех. Остаётся радоваться, что в нём 50, а не 100 кг.

Хотя и при своих скромных 50, он реально сильнее меня. И я очень хорошо это понимаю, поэтому когда мне кажется, что Борис Абрамович косится подозрительно, я начинаю скользить взглядом по округе в поисках орудия самозащиты. Желательно длинномерного.

Но если прозевал атаку — пиши пропало. Удар, нанесённый со спины, в область почек или позвоночного столба с изрядной степенью вероятности сделает вас инвалидом. Сила ударов барана такова, что он, сидя во хлеву, в течении зимы разбивает всё, окромя самого сруба: ясли для сена, двери (хотя они закрываются внутрь), и перегородку к овцам (барана стараюсь держать отдельно, чтобы не затоптал ягнят). Идёшь бывало мимо хлева, а там «Бух! Бух!». Вандалы крушат Рим. Поэтому Ахмет сидел у меня в одиночке такого размера, где был невозможен даже маломальский разгон. Кстати, его убил козёл Моисей. Но это другая тема, касающаяся извечной вражды банд.

козёл

Поле брани

Когда я говорю о том, что баран может убить взрослого дядьку — я не шучу. Борис Абрамович продемонстрировал мне свои летальные возможности прошлым летом. Было как в том анекдоте: чистое поле, ни холмика, ни кусточка, и вдруг из-за угла выезжает танк. Борис Абрамович возник «вдруг» и молодецким ударом опрокинул меня навзничь.

Это бывает возможным потому, что человек, в отличие о других животных, постоянно углублён в свой мир, мир своих мыслей, а сознание фиксирует лишь то, с чем контактирует внимание. Если внимание занято мыслями, то вы, в прямом смысле слова, ничего не замечаете вокруг. Даже если на вас несётся Бешеный Баран (так ласково Бориса Абрамовича называют мои дети). Этим, кстати пользуются уличные преступники.

Для засечного бойца, специализирующегося на схватке с группой нападающих, очень важно иметь «глаза на затылке». Видеть, понимать и контролировать текущую ситуацию на 360 градусов. Борис Абрамович тренирует у меня эту способность. Когда наступает осень, я всегда вывожу стадо на пастбище, не позволяя себе отвлекаться. Но описываемый мной случай произошёл летом. И это было для меня полной неожиданностью. В общем, я оказался на земле.

Растерянный и дезориентированный, я медленно поднимался на ноги, и получил второй удар тогда, когда как раз встал на одно колено. Если бы не успел рефлекторно вскинуть руки — баран убил бы меня ударом в голову. Тогда я вернулся домой с разбитой и опухшей рукой.

Вы видели, как бараны выясняют отношения друг с другом? За них реально становится страшно, но они только облизываются после таких сумасшедших ударов. Наблюдая за этими схватками, очень хорошо начинаешь понимать: если баран шарахнет тебя в голову, она лопнет, как гнилая тыква, и все твои полторы тысячи кубиков ценного мозгового вещества, которым мы очень гордимся, раскидает по округе, подобно навозу из-под хвоста гиппопотама.

перед боем

Твёрдым по твёрдому

«Твёрдым по твёрдому» — один из принципов применения оружия самообороны в прикладном многоборье засечного боя. Прикладное многоборье — это раздел «засечки», где изучается использование оружия самообороны. Так вот, если в вашем распоряжении есть предмет ударно-дробящего свойства, то эффективнее всего его использовать, нанося удары по костям. То есть бить твёрдым по твёрдому.

Перелом костей — не смертелен (если речь, конечно, идёт не о черепе), но обладает высоким останавливающим эффектом. Что и требуется в ситуации самообороны: не убить, а остановить. Схватка с бараном, описанная мной выше, очень точно моделирует тактику поведения «охотника» (центрального бойца, противостоящего атакующему звену), вооружённого короткой дубинкой. Нанося удар в голову нападающему, мы изначально делаем поправку на его защитный рефлекс. Так же, как я автоматически вскинул руки навстречу опасности (врождённый защитный механизм), агрессор рефлекторно защищает голову от ударов дубинкой, подставляя пальцы и предплечья под дробящие удары и лишает себя возможности продолжать схватку далее. Это не теория — это наиболее распространённая ситуация на турнирах по прикладному многоборью.

Кстати, разбитая рука, уже не в силах удерживать оружие. На этом часто строятся техники обезоруживания. И Борис Абрамович владеет ими в совершенстве. Он не единожды обезоруживал меня точным ударом по пальцам.

Дело в том, что атака барана состоит не просто из вектора разгона. В момент нанесения удара он мощно и резко подкручивает голову, целясь наиболее тяжёлой частью рогов в своего оппонента. И этот последний в его атаке подкрут очень сложно предугадать, он его мастерски корректирует в зависимости от манёвра цели. И если вы собираетесь встретить супостата ударом гвоздодёра промеж рогов — не облажайтесь. Ошибка в расчётах — и гвоздодёр выпадет из разбитых рук на землю, а баран пойдёт на добивание.

дубинка

Секрет жёсткости

Борис Абрамович очень чётко продемонстрировал мне, как важно вкручивать запястье в удар, если хочешь ударить действительно жёстко. По-мужски.

Как я уже заметил, атака барана состоит из двух фаз: фаза разгона и фаза подкрута шеи. Представьте, что ваше предплечье — это тело барана, а ваш кулак — его голова. Разгон — это и есть разгон, в этой фазе кулак и запястье расслаблены, иначе не будет скорости. А вот перед входом в цель, важно поставить акцент, создав стержень жёсткости. В случае с бараном — это его позвоночник. В вашем случае — это локтевая кость (лучевая жёстко не завязана на локтевой сустав, поэтому наиболее жёсткий удар идёт «от локтя»).

Фаза подкрута — это «выключение» сустава, как естественного амортизатора, смягчающего удар. В случае с Борисом Абрамовичем, это — шея. В вашем случае — это запястье.

Однако вам нужно этому учиться, а барану — нет. Он — боец от рождения.

бои баранов

Страх, рождающий агрессию

Мой старший сын, Руян, тоже имеет свои счёты со стадом. Правда не с бараном. Дети знают, что когда на горизонте появляется Бешеный Баран, самое мудрое — уйти с дороги.

Однако когда Руяну исполнилось 3 года, его атаковала…овца. У овец, надо сказать, матриархат. То есть стадо водят доминирующие матки, статус которых определён их возрастом и числом ягнят. Баран занят лишь тем, что поддерживает свою монополию на маток, не подпуская к ним молодых баранчиков. Короче, полигиния.

Так вот, постукаться лбами овцы тоже не прочь, и, за неимением рогов, часто разбивают себе башки в кровь, выясняя, кто из них более статусная самка. Ну, всё как у людей. За мамок всегда заступаются подрастающие баранчики. Тогда приходится наблюдать засечный бой в овечьей отаре. Но премудростям засечного боя овцы не обучены, поэтому союз из 2-3 овец всегда побеждает одиночку. Кстати, у кур точно такая же ситуация. Но, впрочем, вернёмся к баранам.

Почему овца напала на ребёнка? Ответ прост: для животных взрослые особи человека и его детёныши — это существа разных видов. И на взрослого человека овца никогда не кинется, это у барана тестостерон крышу рвёт. А вот маленький ребёнок — это мишень под стать. Не забывайте:  размер, что у овец, что у людей имеет значение.

Вообщем, уронила она Руяна, а он плакал. Потому что было больно и страшно. Потом они встречались не раз, и она снова и снова роняла его, а он снова плакал, и, конечно, боялся. Самое глупое в этой ситуации — заступиться за ребёнка и прогнать лопоухую овечку. С овечкой ребёнок может совладать и сам, если преодолеет страх. А для этого страх должен трансформироваться в агрессию. Когда начинаешь злиться, злость съедает страх. Поэтому вокруг нас так много агрессивных людей. Агрессия — признак живущего внутри страха.

Я помог Руяну, дав ему палку и мотивацию. Так князья в древности вдохновляли воинов перед сечей. Руян дал овце бой и заставил её отступить. Вместе с её отступлением ушёл и страх. Этот опыт потом помог ему в школе. Первый класс — это тоже животная история.

удар

Зачем нам оружие?

Драться с бараном без оружия можно, но без права на победу. Вот говорят «бараний вес». Ну и что? Он хоть и легче, но куда сильнее. Технически его можно обыграть, но физически он всё равно сильнее. При том, что мышечной массы в нём меньше.

Почему животные сильнее людей, учёные давно ломают головы, ставят эксперименты и выдвигают гипотезы. У меня тоже есть своя гипотеза.

Сила, как знают силовики, в первую очередь, опирается не на мышечные объёмы, а на силу и качество нервного импульса. Поясню.

Мышца состоит из мышечных волокон. Чтобы их активизировать, то есть заставить сокращаться, нужен нервный импульс, рождающийся в недрах ЦНС. Чем мощнее импульс — тем больше мышечных волокон будет рекрутировано. Это называется «внутримышечная координация».  То есть вы можете задействовать мышцу на 10% от её потенциала, а можете на 30. Мышца одна, а сила — разная.

Кроме этого, сила зависит от межмышечной координации, то есть от согласованности между участвующими в движении группами мышц. А то ведь, может быть как в басне «лебедь, рак и щука».

Оба вида координации зависят, в свою очередь, от кинестетического чувства — качества связи между мозгом и телом, базирующемся на интенсивности проприорецептивных сигналов. И вот это чувство у животных развито мощнее, потому как они постоянно присутствуют в своём теле. Мы же, в виду развитого абстрактного мышления, всегда «витаем в облаках», и нам добиться контроля над своим телом куда сложнее. Ягнёнок, вон, выпал из мамки, а через пару часов уже прыгает.

Так, что не тягаться мне с Борисом Абрамовичем в чистой силе. Он хоть и не тренируется, и жуёт одну траву, но раскатает меня по полной,… если я буду столь же прямолинеен, сколь и он. Поэтому я предпочитаю вооружиться.

ягнёнок

Что чувствовал охотник древности?

Я знаю ответ на этот вопрос, хотя и не выходил с рогатиной на медведя. Однако, когда Борис Абрамович идёт на разгон, отступая метров на 20, чтобы убить меня одним ударом, сердчишко, ей-богу, начинает стучать учащённо. Но я ему благодарен: драться-то тут не с кем. Парни с близ лежащих деревень ещё в первый год весь запал растеряли, вот и остаётся, что рубиться с баранами. Но, по мне, так безопаснее с тремя гопами, чем с Борисом Абрамовичем. После фулл-контакта с рогатым сэнсеем я прихожу домой то хромая, то держась за разбитую руку.

Но сейчас я настроен решительно, и надеюсь обойтись без травм со своей стороны. У барана уже разбита бровь, и кровь струйкой сбегает по белой благородной морде. Это я не кулаком, я ж не дурак. В моих руках кувалда.

Если хочешь уравняться с бараном по силе удара — бери в руки кувалду. Главное, не вырони. Я уже не раз ронял. Потом опять возня в рукопашную до полного истощения сил. И убежать нельзя — в спину ударит, и дипломатия не поможет…

Если с бараном драться голыми руками, то важно успеть провалить атаку, резко скрутившись в последний момент, когда он уже вваливается в фазу подкрута. Это — точка бифуркации конфликта, после которого он может качественно преобразоваться. Если, конечно, успеешь схватить его за рога. Тут важно провести захват сразу после провалившегося удара. Сделаешь раньше — подставишь под удар пальцы, запоздаешь — схватишь воздух. Ухватил за рога — уже не отпускай. В лоб не бей — глупо, сам понимаешь. Коленом — тоже нельзя. Хочешь ему в нос поддать, а он ловко башку подкрутит и под колено рога подставит. В рукопашном бое это называется «травмирующая подставка». Так на улице спортсмены, уважающие лоукик, ловят каблуки в голень и лишаются ног. Барана надо окучивать пыром по бокам. Правда, его это не особо докучает, но самому приятно.

Можно сделать подобие прохода в ноги, можно выйти в маунт, можно даже удушающий в стойке выполнить. Но Бориса Абрамовича этим не напугаешь. Он пожуёт травку в сторонке, а потом даст тебе второй раунд. Поэтому кувалда эффективнее.

охота

Приёмы засечного боя

У кувалды, правда, есть серьёзный недостаток: она тяжела. А это значит, что резко ей ударить сложно. А баран ведь не дурак, чтоб подставляться. Поэтому кувалду я удерживаю одной рукой, ближе к молоту, рассчитывая не только на удары сверху, но и прямые тычки в морду.

Первый раунд у нас уже позади. Тогда Борис Абрамович, не смотря на весь мой опыт, опять меня обезоружил. Кувалда вывалилась из моих рук. Мне пришлось встречать его повторную атаку голыми руками. Тут уж я собрался, и провёл качественный захват. Удерживая его за рога одной рукой, второй дотянулся до своего каменного топора молота. Нанёс по башке около 15-ти ударов. Думал, что этого хватит. Но мой рогатый противник взял передышку, а теперь снова бросает мне вызов. Берсерк.

Секунды перед сходом — самые напряжённые. Важно устойчиво встать на запружиненных ногах, готовых мощно унести тебя в сторону, проваливая атаку зверя. В засечном бое этот приём называется «птица в сетях».

Представьте себе птицу, запутавшуюся в сетях. Ну, или муху в паутине, если с воображением туго. Она бьётся из стороны в сторону, стараясь разорвать тенёта. То же действие выполняет центральные боец («охотник») в позиции старта.

Атакующее звено, располагаясь вокруг «охотника», начинают атаку по команде полевого судьи «Бой!». Если это бои второй категории сложности, то правила дозволяют бить ногами. И вот тогда удар ногой разбежавшегося противника очень точно напоминает атаку Бориса Абрамовича. Кстати, так же часто на улице атакуют хулиганы. На жаргоне это называется «прыжок».

И центральному бойцу ничего не остаётся, как попытаться провалить атаку, используя манёвр с уловкой. Он уподобляется запутавшейся в тенётах птице и рвётся из стороны в сторону, вводя атакующих в заблуждение. И здесь очень важен точный расчёт. Если засуетишься и начнёшь манёвр раньше, нападающие раскусят замысел и успеют скорректировать свою атаку. То есть поправить направление удара. А пропустить удар ногой с разбега — это гарантировано оказаться на земле. По правилам засечного боя — это поражение.

удар ногой

Как остановить бульдозер?

В случае с бараном, конечно, бой не закончится. Но подставляться под удар рогатого мастера равносильно самоубийству. Всё равно как самому с разбегу в дерево влететь. Короче, манёвр нужно сделать грамотно. Борис Абрамович тоже умеет корректировать направление удара в последней фазе разгона.

Когда баран срывается в разгон, я выдерживаю паузу. Как это всегда делает «охотник» на старте. Команда «бой!» звучит для атакующих, а «охотнику» важно дать им возможность сблизиться, чтобы результативно контратаковать. Это бывает страшно. Новички всегда рвут с ходу в галоп. Опытные не суетятся, хотя это и не просто.

Я тоже выжидаю паузу, и когда баран оказывается метрах в трёх, делаю «кочку» — реверсивное движение, маскирующее основной манёвр. Он реагирует, вваливаясь влево, а я ухожу вправо, нанося резкий тычок кувалдой по нижнему уровню. Не там, где у него рога, а там, где он прячет свой нос.

Такую тактику используют бойцы засечного боя в отношении «бульдозеров». «Бульдозер» — это боец атакующего звена, делающий ставку на выталкивание «охотника» с площадки. Выталкивать можно по-разному. Наиболее жёсткий вариант подразумевает мощное влетание с группировкой, подобно пушечному ядру. Удержать невозможно. Остаётся не проглядеть, не прохлопать, а упредить уходом с линии атаки и… например, контратакой апперкотом.

«Бульдозер», как и баран, прячет нос, опуская лицо вниз. У человека ведь лоб — тоже наиболее крепкая часть черепа. Поэтому апперкот бывает неприятной неожиданностью. Но нанизать его на манёвр бывает непросто и требует значительной выучки. Но у меня получилось. Как говорится: хочешь жить, умей вертеться.

Но на этом контратака не завершается. Ибо встреча апперкотом — лишь способ остановить «бульдозер». Важно развить добивание. В засечном бое приём добивания называется «наковальня». Часто он производится с применением удара «Молот Тора», являющегося визитной карточкой системы. Удар точно имитирует удар кувалдой по наковальне. Сегодня для меня наковальней служит Борис Абрамович, а саму кувалду я не имитирую кулаком, а бью самой что ни на есть настоящей. И так же с подскока, всё как по учебнику.

Баран опешил. Теперь его очередь хлопать глазами и задаваться вопросом «Что это было?». Человек бы уже давно лежал в глубокой коме с черепно-мозговой травмой. У Абрамыча лишь сбегает кровь с носа после точного апперкота. Он снова готов к атаке. Мне предстоит выполнить приём ещё пару раз, пока он не отступит. Да пребудет со мной Перун!

бульдозер

Бешеный Кузнец

Центрального бойца в засечном бое иногда называют «бешеным кузнецом», подчёркивая эталон, к которому необходимо стремиться: яростный напор и удары, как кувалдой, способные из любого противника сделать «наковальню». Если бы Борис Абрамович был обучаем, я бы сделал его чемпионом чемпионов по всем видам спортивного рукопашного боя.

Но такая слава его не устраивает. Его интересуют лишь овцы и трава. А вообще он тоже учится. Я замечаю, что он начинает привыкать к моей тактике маневрирования. Так всегда происходит развитие системы боя: на приём создаётся контрприём, а контрприём вызывает модификацию атаки. Как знать, может, баран ещё вставит своё веское «Бэээ!» в становление засечного боя.

Абрамыч хоть и баран, но кое-что понимает в кулачных боях. Приезжайте перенимать опыт. Тем более, что он денег за это не просит…

Рудияр

БОЙЦОВСКИЙ РЕТРИТ В ПЕРУНОВОЙ СЛОБОДЕ

 


Комментарии:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *