Ирий XXI века | RUDIYR.RU
RUDIYR.RU
воин

Ирий XXI века: куда попадает воин после своей смерти?

Однажды Дмитрий Спросил меня: «Что делать, если совесть подсказывает, что нужно драться, а разум предупреждает — не влазь!» Я ответил ему: «Мир не справедлив, но справедлив мой бог. Поэтому моя душа принадлежит ему».

Конфликт совести и закона

Дмитрий приехал в Слободу с Краснодара. Он увлекался боевыми искусствами и для него, конечно, как и для каждого мужчины, был актуален вопрос чести.

Бить или не бить? Стоит ли вмешиваться «не в своё дело», если чувствуешь, что твориться зло? Стоит ли влазить в разгорающийся конфликт, пытаться осадить наглецов, когда уверен: никто не оценит, никто не поблагодарит?..

Мы живём в странное время, когда наши возможности к защите собственных интересов весьма урезаны государством. И первое, что чувствует человек, видя творящееся безобразие, — это сомнения по поводу того, а стоит ли вмешиваться. Это конфликт совести и законопослушания, вынесенный в итоге на суд личной морали…

Воины на все времена

Именно так называлась брошюра под авторством Белова А.К. , однажды перевернувшая для меня мир. Александр Константинович сумел объяснить мне то, что спустя много лет объяснял я Дмитрию: воин — это не профессия, это — предназначение.

Воином мало стать. Им нужно ещё и родиться, вобрав кое что от своих предков. А именно социальную роль. Сменяются эпохи, уходят в прошлое режимы и государства. А воин остаётся. Ибо он — опора общественной стабильности. На его инстинктах и на его культуре балансирует динамика общественных процессов. Нет воина — нет порядка. Нет порядка — нет общества.

Ребёнок, чья судьба — судьба воина, рождается с обострённым чувством справедливости. Ему не нужно объяснять, что такое хорошо, а что такое плохо. Он сам знает, когда и кого нужно защищать. И очень страдает, когда видит несправедливость. Почему?

Потому что чувство справедливости, как и любое другое свойство нашей души, имеет свою генетическую основу. Одним оно присуще в меньшей степени, другим — в большей. Есть люди, которые вообще не понимают, что такое справедливость. Они становятся «неприкасаемыми» по жизни, антиподами воина. Ибо чувство справедливости — одно из составляющих благородства. 

Однако, чтобы проявить себя, семя должно попасть на благодатную почву. Такой почвой является культура. Воинская культура — явление особое, не стоит её мешать с культурой землепашца или купца.

Стрелы Перуна

Древние славяне почитали Перуна, как бога справедливости. Перун олицетворял справедливость и, соответственно, княжескую власть, ибо князь — первый среди воинов, и его социальная роль — в защите общественных интересов. 

В рощах Перуна совершались суды. А молнию именовали орудием бога справедливости, карающим тех, кто дерзнул преступить через клятву.

Уверен, что северная Рюриковская Русь, представлявшая собой изначально «интернациональное» явление, не была капризом истории. Жаждущие порядка искали его в идеологии порядка — религии справедливости. 

Только воин, готовый пожертвовать всем, в том числе и жизнью, ради умозрительной идеи, был и остаётся подлинным героем, стоящим на страже общественного блага. Его врождённое чувство справедливости развивается и укрепляется идеей Ирия — светоносного сада, куда попадают лишь те, кто достоин. 

Ирий XXI века

Тогда я сказал Дмитрию: «Делай это не ради людей. Они — не поймут и не оценят. Они — носители другой морали, рабоче-крестьянской. Поступай по совести ради своего бога, иначе переступишь через самого себя»

Сказка об Ирии является вдохновляющим мотивом. Но воину XXI столетия этого уже не достаточно. Главная проблема, которая стоит перед человеком, отстаивающим справедливость в разрез с законом, рискуя быть оболганным и подвергнутым остракизму, — это проблема признания. Воину нужно признание его заслуг, признание совершаемого им подвига. Нет признания — и мотив начинает испаряться. Таким мотивом может служить миф об Ирии. Но воину нужно кое что ещё.

Среда. Специфическая общественная среда, создающая, поддерживающая и передающая воинскую традицию вместе с представлениями о чести и благородстве. Этой средой, по мнению Белова А.К. всегда было сословие. 

Если бы сегодня существовало сословие, то оно могло бы быть только в виде общественного движения, культивирующего воинские ценности и воспитывающее в своих участниках то самое чувство справедливости, превознося его как высшую ценность. Я говорю об общественном движении, ибо государственные институты подчинены государству, а сословие не может быть подчинено государству, ибо оно существует вне времени. Режимы будут менять друг друга, но воин будет продолжать существовать. И будет всё так же нуждаться в своей дружине, чтобы быть ей признанным. 

Сегодня Ирий — это не сказочный сад. Это — наше культурное пространство, наши ценности, наша слава и память. Те, кто уходят — остаются в наших сердцах. Их имена передаются из поколения в поколение, становятся легендарными. На их примерах растёт молодёжь. А быть примером — что может быть более важным и существенным для готового подняться над бренным?

И пусть воинам XXI века пламенным призывом звучат слова Велесовой Книги:

«Мы на земле будто искры. Исчезнем во тьме, словно и не было нас никогда… И только слава наша придёт к Матери Славе и пребудет с ней до конца концов земных и иных жизней. Так нам ли бояться смерти, если мы — потомки славных?..»

Рудияр


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

2 × 2 =